Казахстанский энергетический рынок между Китаем и Индией
Казахстанский энергетический рынок между Китаем и Индией
Жителей на нашей планете уже больше 7,2 млрд. Если поставить всех их в один ряд, то почти каждый третий окажется китайцем или индусом. Население двух крупнейших азиатских государств, по самым свежим подсчетам, составляет 1,36 млрд в Китае и 1,25 млрд в Индии. Эти региональные лидеры уже давно претендуют на роль новых глобальных центров силы. И было бы недальновидно не считаться с их планами в отношении Центральной Азии.

Помимо численности населения, Китай и Индию связывает огромное количество схожих проблем – быстроразвивающиеся экономики этих стран находятся в режиме постоянного поиска источников сырья, запасов продовольствия и питьевой воды. Крупнейшие транснациональные компании КНР и Индии выискивают выгодные контракты по всему миру, скупая энергетические проекты и месторождения энергоносителей в больших объемах. Аналогичным образом в поиске все новых рынков находятся компании по сбыту индийской и китайской продукции. На процесс непосредственно влияют геополитические амбиции Пекина и Нью-Дели, которые и превратили две страны в ярых конкурентов.

На протяжении более 20 лет индийские и китайские компании ведут непрерывную борьбу за более широкий доступ к сырьевым ресурсам Центрально-Азиатского региона. Казахстан, как крупный экспортер энергоресурсов, стал своеобразной ареной, где скрестились интересы Индии и Китая. Явный успех в этой борьбе пока что принадлежит КНР, которая не оставляет индийским компаниям шансов войти и укрепиться в энергетическом секторе республики. В чем причина сложившейся ситуации, и каковы перспективы отношений в нефтегазовой сфере между тремя державами?

Далекая Индия

О проектах, реализуемых Китаем в Казахстане, и его широко простирающихся относительно нашей страны интересах известно достаточно много, чего нельзя сказать об индийской стороне. Очевидно, что многие преимущества более интенсивного взаимодействия с Центральной Азией, которые есть у КНР, отсутствуют у Индии де-факто. Речь, в первую очередь, идет об общих границах. Географически отдаленная от Центральной Азии, на пути к которой – нестабильный Афганистан и враждебный Пакистан, Индия никак не может наладить регулярное транспортное сообщение с нашим регионом. Именно эта причина зачастую оказывается непреодолимым препятствием на пути Индии в ЦА. Хотя справедливости ради следует отметить, что страна имеет огромный потенциал для более широкого развития энергетических связей с Казахстаном.

НА ПРОТЯЖЕНИИ БОЛЕЕ 20 ЛЕТ ИНДИЙСКИЕ И КИТАЙСКИЕ КОМПАНИИ ВЕДУТ НЕПРЕРЫВНУЮ БОРЬБУ ЗА БОЛЕЕ ШИРОКИЙ ДОСТУП К СЫРЬЕВЫМ РЕСУРСАМ ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ.

Так, к примеру, быстроразвивающаяся Индия, по оценкам специалистов, стремительно приближается к тройке лидеров по объему импорта нефти и других видов энергоносителей. В этой связи благополучие государства будет зависеть от обеспечения стабильных сырьевых поставок для экономики. Сегодня более 70% импортируемых энергоресурсов приходится на страны Персидского залива, и менять данное

Табл. 1. Импорт энергоресурсов
Табл. 1. Импорт энергоресурсов

положение дел, в отличие от Китая, индийские власти пока не собираются. Тем не менее, перед Индией все более явственно вырисовывается задача постоянного наращивания объемов импорта нефти и газа, что требует дополнительных маршрутов поставки сырья из альтернативных стран-экспортеров. Таким образом, перед индийским правительством стоит задача выхода государства за пределы своей традиционной зоны влияния в Юго-Восточной Азии и акватории Индийского океана, а также необходимость играть более значимую роль и в глобальном масштабе. Именно в этом плане привлекательность некоторых богатых ресурсами стран Центральной Азии имеет для Индии большое значение.

Китайская конкуренция

Как бы там ни было, практически все попытки индийских транснациональных компаний приобрести доли в более-менее крупных казахстанских нефтяных проектах пока не увенчались успехом. Одним из первых столкновений между нефтегазовыми корпорациями КНР и Индии стала сделка в 2005 году по приобретению канадской PetroKazakhstan, осваивающей месторождение Кумколь в Кызылординской об- ласти. Тогда китайская сторона буквально вы- рвала выгодный контракт из рук конкурентов.

Рис. 1. Спрос на сырую нефть, млн барр. в день
Рис. 1. Спрос на сырую нефть, млн барр. в день

Почти два года длилась сделка по продаже доли американской ConocoPhilips. Первоначально представители американской компании вели переговоры с индийской ONGC и даже договорились о цене. Но затем в процесс сделки чудесным образом вмешалась китайская сторона. Несмотря на многочисленные объективные предпосылки и обоснованность продажи 8,33%-ной доли в мегапроекте Кашаган компании из Индии, в конечном итоге новым владельцем актива ConocoPhilips стала вездесущая CNPC. Решение руководства «Каз- МунайГаза», естественно, огорчило индийских представителей, однако практически сразу же последовало заявление индийской стороны об активизации действий по расширению присутствия Индии в энергосекторе Казахстана.

Железная господдержка

Индийские нефтяные компании не обладают таким политическим влиянием, как китайские. Известно, что в Китае топ-менеджеры национальных нефтяных корпораций зачастую занимают высокие посты и в госорганах страны. Поэтому китайские компании, особенно те, которые способствуют задаче обеспечения энергетической безопасности, имеют суще- ственную поддержку со стороны государства. Так, помимо всевозможных льгот, включая освобождение от налогов, нефтяные корпорации Поднебесной получают усиленное финансирование из госбюджета. Именно данное обстоятельство позволяет китайским ТНК предлагать порой нереальные цены за покупку месторождений и долей в энергетических проектах.

Индийские компании не могут похвастать такими мерами содействия со стороны госорганов. Более того, в отличие от Китая, индийское правительство еще не сформировало четкую официальную позицию и внешнеполитическую стратегию по отношению к Центральной Азии.

НЕСМОТРЯ НА МНОГОЧИСЛЕННЫЕ ОБЪЕКТИВНЫЕ ПРЕДПОСЫЛКИ И ОБОСНОВАННОСТЬ ПРОДАЖИ 8,33%- НОЙ ДОЛИ В МЕГА- ПРОЕКТЕ КАШАГАН КОМПАНИИ ИЗ ИНДИИ, В КОНЕЧНОМ ИТОГЕ НОВЫМ ВЛАДЕЛЬЦЕМ АКТИВА CONOCOPHILIPS СТАЛА ВЕЗДЕСУЩАЯ CNPC.

Однако, по мнению ряда индийских экспертов, у государства в регионе большие перспективы, что обуславливается интересами и самих стран Центральной Азии, а также других внерегиональных игроков. По всей видимости, крупные акторы, присутствующие в регионе (Россия, США, страны еврозоны), не препятствуют расширению сотрудничества между Индией и центральноазиатскими республиками.

Доля влияния

В результате наложения всех способствую- щих факторов для Китая и препятствующих – для Индии, сегодня в казахстанской нефтянке очевидно превосходство компаний из Поднебесной над многими другими. По последним данным, в нашей стране работают около 20 нефтегазовых компаний, в которых доля Китая составляет от 50% до 100%. Расположены они в основном в Кызылординской и Атырауской областях. Следует оговориться, что из всех ки- тайских нефтяных компаний, представленных в республике, наиболее крупными являются только три – CNPC, Sinopec и CITIC. Остальные – либо дочерние предприятия указанных кор- пораций, либо совсем небольшие компании. Именно лидирующие нефтяные корпорации Китая обеспечивают основной объем добычи и транспортировки казахстанской нефти в Поднебесную.

Общая доля всех китайских компаний в нефтегазовом секторе РК составляет не более 24%, включая официальное вхождение Китая в Кашаганский проект. Согласно официальным данным, по объему производства нефти на территории Казахстана китайские ТНК занимают второе место, добыв, например, по итогам 2012 года 25,2% от общего объема. На первом месте американские компании с 25,7%. На третьем – казахстанские ТНК, которые добыли 20% нефти. Следом идут европейцы и россияне, на ко- торых пришлось по 10% и 7% соответственно.

Региональные перспективы

Безусловно, в ближайшее время Китай не сбавит обороты и будет по-прежнему стараться усилить свои позиции в энергетической отрасли казахстанской экономики. Судя по действи- ям индийских властей, и Индия не собирается отказываться от планов по вхождению на не- фтяной рынок государств региона. Но пока приоритет в региональной политике Нью-Дели, по всей видимости, отдается Туркменистану, что связано с вероятным переходом в практическую стадию проекта ТАПИ. Изначально было обещано, что газопровод Туркменистан–Афганистан–Пакистан–Индия станет «проектом века», но комплекс проблем, стоящих на пути его реализации, не давал все эти годы построить выгодный для Индии газопровод.

В частности, переход проекта ТАПИ от стадии усиленных обсуждений, начавшихся еще в 90-х годах, к практической реализации, долгое время откладывался в силу разных причин. Одним из наиболее весомых объективных факто- ров была и, по всей видимости, остается безопасность маршрута трубопровода. В связи с выводом войск и постепенным уменьшением американского военного влияния в Афганистане вопрос обеспечения безопасности газопровода не только не снимается, но и становится все более актуальным. Субъективными факторами, тормозящими ТАПИ, можно считать позиции ведущих региональных игроков по отношению к проекту. Например, Иран все еще не оставляет надежды построить альтернативную линию по транспортировке собственного газа в Пакистан. Этот проект имеет определенную привле- кательность в глазах другого игрока – Китая. Строительство газопровода Иран–Пакистан, получившего название «Мир», открыло бы КНР возможность наладить еще один стабильный канал доставки углеводородов на свою террито- рию наземным путем. А в отношении к проекту ТАПИ Пекин прежде всего учитывает свои планы по импорту туркменского газа. Как извест- но, в связи со стартом строительства четвертой нитки газопровода Туркменистан–Китай пропускную способность планируется довести до 75-80 млрд кубометров уже к 2018 году.

Рис. 2. Газопровод Туркменистан–Китай

ПОКА ПРИОРИТЕТ В РЕГИОНАЛЬНОЙ ПО- ЛИТИКЕ НЬЮ-ДЕЛИ ОТДАЕТСЯ ТУРКМЕНИСТАНУ, ЧТО СВЯЗАНО С ВЕРОЯТНЫМ ПЕРЕХОДОМ В ПРАКТИЧЕСКУЮ СТАДИЮ ПРОЕКТА ТАПИ.

В этом контексте проект ТАПИ и, соответственно, новое направление экспорта туркменского газа в перспективе может существенно снизить заполняемость трубопровода, а также, что немаловажно, повлиять на стоимость голубого топлива. Поэтому Китай всячески будет стремиться удержать доминирующее положе- ние в списке импортеров туркменского газа. Да и в целом проект ТАПИ никак не вписывается в общую внешнеэкономическую стратегию Ки- тая в Евразии.

[quote_box_right]В 2015 году индийская экономика вырастет на 7,2%, в 2016-м – на 7,6%, прогнозирует Международный валютный фонд. По их подсчетам, в 2019 году ВВП Индии будет вдвое больше, чем в 2009-м, когда он составлял $1,4 трлн. Учитывая текущее замедление темпов роста китайской экономики, МВФ полагает, что именно Индия станет самой быстрорастущей экономикой из крупнейших развивающихся стран мира. К 2019 году «индийский ВВП превзойдет ВВП таких крупных развивающихся стран, как Россия, Бразилия и Индонезия вместе взятых».[/quote_box_right]
Рис. 2. Газопровод Туркменистан–Китай
Рис. 2. Газопровод Туркменистан–Китай

Неудачи индийских и успех китайских компаний в казахстанском энергосырьевом секторе вряд ли могут быть связаны с муссируемой в СМИ темой наличия китайского лобби в нашей стране. Просто Китай подошел к выстраиванию своей стратегии в Центральной Азии более основательно и ответственно. Китайцы действуют не спонтанно и не стихийно, а на основе четкой долгосрочной стратегии. Именно этим объясняется головокружительный успех ТНК из Поднебесной во всех странах региона. Так называемая политика «мягкой силы» Китая начала приносить определенные плоды.

Но это вовсе не означает, что Индия не будет предпринимать попытки войти на энергетический рынок Центральной Азии. К тому же, с точки зрения диверсификации экономики, Казахстан заинтересован в более активном привлечении индийских нефтегазовых ТНК. При рассмотрении в перспективе новых контрактов с иностранными компаниями важно понимать: сотрудничество с Индией – это один из альтернативных вариантов баланса экономических связей Казахстана, который не входит в явное противоречие с геополитическими интересами других региональных держав, но одновременно способствует ослаблению экономического доминирования Китая и России.

Руслан Изимов,
ведущий научный сотрудник
Библиотеки первого президента РК

ПОДЕЛИТЬСЯ

Комментарии доступны только участникам клуба NB