Интервью с Арти Отсом, главным исполнительным директором АО «Кселл»

 

Интервьюеры:

Денис Кулькин, главный редактор National Business,

Константин Аушев, руководитель группы консультирования в области ИТ, KPMG

 

 

ДК: — Где пролегает грань между цифровым и аналоговым миром?

АО: — Думаю, грани между цифровым и аналоговым миром не существует, фактически ее невозможно очертить. Иногда мне кажется, что эффект цифровизации чрезмерно мистифицируется. На самом деле мы просто пытаемся оптимизировать процесс, сделать его более эффективным. И это продолжается с начала 19 века, когда мануфактура, ручной труд на предприятиях стал автоматизироваться. Сейчас приходят новые технологии, но сам процесс, по сути, не прерывается именно с тех пор. Просто человечество ведет автоматизацию, основываясь на уровне своих знаний. Тогда технологии были на совершенно примитивном уровне. Сейчас искусственный интеллект производит впечатляющие изменения. Возьмем, к примеру, «Кселл» – мы используем искусственный интеллект, робототехнику. Границ не было и не будет – только постоянное развитие.

 

ДК: — Какие секторы экономики Казахстана необходимо оцифровать, чтобы быть конкурентоспособными в мировом масштабе в ближайшие несколько лет?

АО: — Каждая отрасль промышленности имеет свой потенциал для цифровизации. Взять, например, добывающую промышленность. Может показаться, что сектор по-прежнему работает архаичным образом. Однако цифровизация предоставила им самоуправляемые машины для добычи и транспортировки полезных ископаемых. В любой отрасли есть определенные специфические участки, где человек будет заменен машиной. Я бы рассмотрел этот вопрос под другим углом. Если некоторые из бизнесов или отраслей в Казахстане не будут следовать пути цифровизации, они попросту отстанут от мира и даже проиграют конкурентам внутри страны. Цифровые технологии уже массово доступны, и они вполне зрелые. Если не воспользоваться их возможностями, это может привести к довольно негативным последствиям.

КА: — Это интересно, потому что мы подготовили еще одно исследование – «Барометр инновационных технологий». Оно предназначено для телекома. И лидеры телеком- компаний по всему миру говорят о том, что есть две технологии, которые являются наиболее инновационными и интересными для инвестиций, – это интернет вещей (IoT) и аналитика данных. Под номером «три» идут робототехника и AI (искусственный интеллект). Вы уже внедрили IoT?

АО: — IoT и Big Data – ключевые для нас направления с точки зрения развития бизнеса. Но сначала мы должны пройти все болевые точки при разработке продуктов, для того чтобы заслужить доверие наших клиентов, применяя эти технологии. Например, мы ведем аналитику для своих нужд на основе больших данных. Довольно часто используем их, чтобы помочь клиентам в том, что называем интеллектуальные (smart) решения. Простой пример для наглядности. Банк хочет знать, где разместить банкоматы, и мы помогаем найти места, куда ходят их клиенты, на основе Big Data.
Что касается IoT, мы находимся на ранней стадии развития продуктов. Потому что реально IoT начнет работать в массовом масштабе только с появлением 5G. Пятое поколение связи – это, скорее, концептуально новый порядок создания сетей и различные способы использования их в рамках отрасли. Некоторые из таких функций были представлены в первый раз в этом году в Барселоне. 5G – это не очередная мобильная сеть, какие мы видим сегодня. Это будет очень узкоспециализированная сеть с учетом конкретных особенностей бизнеса. Сеть 5G не обеспечит немедленное покрытие 50-60% населения наподобие 4G. Для мобильного доступа в интернет у нас уже есть технология 4G, и ее вполне достаточно. Пятое поколение будет работать на массовом применении интернета вещей. В этом будет ее особенность.

КА: — Еще один интересный пункт исследования: главы компаний считают, что ИИ и робототехника не приведут к уменьшению существующих рабочих мест, но даже создадут новые. Что Вы думаете об этом?

АО: — В целом все телекоммуникационные компании, и наша в том числе, трансформируются при цифровизации. И в этом отношении, да, создаются рабочие места. Применение этих технологий изменит бизнес-процессы полностью в сравнении с тем, как мы осуществляем их сейчас. Дам навскидку такой пример. Чтобы оценить свои активы, мы должны физически посетить тысячи площадок, проверить их, сравнить серийные номера и т.д. Сегодня мы видим технологии, которые сочетают в себе искусственный интеллект с дронами. Вы отправляете их на площадку, они используют распознавание изображений и закачивают данные в систему. Близкое к нулю участие человека. Ручной труд, привычный нам сегодня, будет сокращен. С другой стороны, это создаст много рабочих мест в программировании, разработке технологий, будет больше рабочих мест в сфере ИТ-безопасности.

ДК: — Какова ситуация с цифровизацией у Вас на родине, можете ли Вы сравнить ее с нашей? И какие основные барьеры Вы видите здесь, в Казахстане?

АО: — Есть одна вещь, которую эстонцы сделали хорошо – это цифровая идентификация. И один из барьеров, который я вижу здесь, в Казахстане, не относится к системам. Системы сами по себе уже достаточно хороши. Инициатива (программа, прим. ред.) «Цифровой Казахстан» действительно занимается данным вопросом. Вопросом взаимодействия между отраслями, правительством и гражданами. Это видение очень хорошее, оно также поддерживается отраслевыми экспертами со всего мира. Чего не хватает сегодня – легкого доступа граждан к этим системам посредством цифровых ID. Эта сфера еще находится на ранней стадии развития. Мы как оператор мобильной связи предоставляем мобильные цифровые идентификаторы в рамках своей инфраструктуры. Если взять банковскую отрасль, на сегодня банки создали собственные системы, такие как цифровые идентификаторы в Qazcom. Но все эти ID не являются универсальными.
Одним из ключевых моментов цифровизации в Эстонии стало то, что 98% налоговых деклараций отправляются в электронном виде. Банковские операции на 99% осуществляются в электронном виде путем использования универсального идентификатора. С ним можно получить доступ к банковским услугам и сделкам, для этого нужен всего один цифровой идентификатор. Поэтому он довольно широко используется населением. Крупные компании и банки в Казахстане должны сказать: давайте создадим единый стандарт для цифрового идентификатора, и все будет построено на данной инфраструктуре.

ДК: — А это есть в программе?

АО: — Это есть в программе, и технологии есть в наличии. Я говорю о применении, когда каждый гражданин использует такой ID ежедневно. Но пока это не так. ЭЦП, которая у меня есть, не может применяться повсеместно. Технологии есть, просто таким сферам нужно дать четкий приоритет. В Эстонии одна треть населения была обучена физически, один за другим. Начинать надо с более уязвимых групп. Это люди старшего возраста и те, кто самостоятельно не сможет получить такую поддержку. Они должны получить обучающую информацию в общественных местах, в торговых центрах или на базарах. Научите их кибербезопасности – например, не передавать никому свой пароль или устройство. Эти знания создадут основу для их будущего, но такие навыки нужно поддерживать практическим обучением. Пока же чтобы получить кредит, вам нужно физически отправиться в банк, и это единственный на сегодняшний день способ. Радует, что вице-премьер Аскар Жумагалиев, который является лидером этой инициативы, контролирует все аспекты. Я знаю его видение и говорил с ним об этом. Так что Казахстан на верном пути.

 

КА: — Нацбанк запустил проект, по которому будет возможно подать заявку на получение кредита без личной явки, при помощи удаленной идентификации. Но не все банки поддерживают такую инициативу. Проблема в том, что нет сотрудничества уже на этом этапе.

АО: — Есть много примеров того, что могло бы быть сделано. Некоторые технологии настолько мощные, взять, например, ИИ или цифровое распознавание. Люди могут сфотографировать свой паспорт, потом сделать селфи, система сравнивает два фото и идентифицирует вас. Эта методика уже отработана, например, в Airbnb. Такие технологии надо внедрять, и для них должна быть в наличии нормативно-правовая база. Без правовой базы развертывание подобных инноваций будет невозможным.

КА: — Вернемся к организационному вопросу. Сейчас каждую национальную компанию обязали создать диджитал-офис и разработать цифровую программу развития. По Вашему мнению, что должно стать отправной точкой?

АО: — Я считаю, что начинать надо с анализа и понимания того, какая часть деятельности может быстро обеспечить возврат инвестиций. Компании, работающие в сфере телекоммуникаций, знают, что умение обслужить миллионы пользователей, – это важнейшая часть процесса. Это стимулирует. Можно автоматизировать и оцифровать действия, которые касаются миллионов повторяющихся операций. Есть смысл начать именно с этого. А если начинать с небольших или узких направлений, они не окажут заметного воздействия. Надо проанализировать карту процессов, идентифицировать топ-10 и начать искать: ок, это обойдется нам в такую-то сумму, и мы это оптимизируем.

В «Кселл» мы сфокусировались на взаимодействии с клиентами и на цифровизации техобслуживания сети. Например, анализ некоторых сетевых параметров позволял определить, что базовая станция может выйти из строя из-за перебоев в системе охлаждения. Мы встроили смарт-решения в процессы, а не только автоматизировали их. В некоторых регионах мы понимали, что вовлечение людей настолько низкое, что проще эти регионы объединить, нежели держать там большое количество специалистов. Поэтому необходимо выявлять направления большей части транзакций и наиболее дорогостоящие сферы.

ДК: — Год назад мы говорили с Вами о профессионалах. О том, что найти их – это проблема. Вы тогда заметили, что нужно создать условия для привлечения в Казахстан таких специалистов. Прошел год, и мало что изменилось. IT-рынок сейчас жалуется, что сложно найти хороших IT-специалистов, потому что лучшие уезжают из страны. Где вы находите их для «Кселл»?

АО: — Во-первых, мы увеличили их количество. За недавнее время мы почти удвоили число разработчиков, применив такой подход: отбираем талантливых молодых специалистов и обучаем их внутри компании. Печальная новость в том, что как только люди достигают определенного уровня, перед ними открываются более широкие возможности. Вопрос человеческого капитала – один из главных в Казахстане. Во-первых, нужно привлечь специалистов, во-вторых, дать им возможность расти, что обеспечивает более устойчивое развитие. И тут мы отмечаем большие пробелы.
У нас попросту не хватает хороших университетов с подготовкой на высоком уровне. Их не хватает для обеспечения потребности в специалистах, чтобы добиться наращивания потенциала. Все начинается со старших классов школы, зависит от уровня преподавания математики, потому что все строится на ней. Это начинается чуть ли не со 2-3 класса, поскольку университеты работают с подготовленным материалом. И если уровень преподавания математики и программирования в школе хромал, то дальнейший результат будет плачевным. В некоторых частных школах начинают раннее изучение робототехники и программирования. Это единственный способ обеспечить устойчивое развитие отрасли и взрастить специалистов.

Также важно создать привлекательные условия, чтобы люди не ехали в Беларусь, а с удовольствием приезжали сюда. При этом не стоить забывать, что по-прежнему вокруг РК есть страны с более низким уровнем зарплат – Узбекистан, Кыргызстан, к примеру. Не стоит сбрасывать со счетов и россиян. Все это может обеспечить поток специалистов, не имеющих языкового барьера.

Комментарии доступны только участникам клуба NB