Отраслевой обзор финансового сектора рэнкинга крупнейших компаний Казахстана NB500 2016

Показать рэнкинг крупнейших компаний отрасли

Вторая половина 2015-го и начало 2016 года стали настоящим испытанием для банковской системы Казахстана: переход к плавающему курсу и девальвация тенге, долларизация депозитов, сжатие межбанковского кредитования, дефицит ликвидности в тенге и экономический спад в целом стали серьезным стрессом для БВУ. Можно предположить, что данные события во многом сформируют тенденции развития банковской системы в обозримом будущем.

1

Глобальные тренды в финансовом секторе

Последние 15 лет мировой банковской истории можно условно разделить на три периода. В 2002-2007 годах наблюдалась эпоха бурного роста финансового сектора, когда общемировой показатель рентабельности капитала банков (RoE) достигал двузначных цифр (до 15-17%). Далее последовал масштабный финансовый кризис 2008-2009 годов и рентабельность капитала опустилась до 5% с тенденцией к медленному восстановлению в последующие годы. С 2012 года мировой финансовый сектор вступил в эру «новой нормальности» – замедленного роста активов и относительно низкой рентабельности. Среднемировой показатель RoE в 2015 году составлял 9,6%, при этом, несмотря на более высокие значениям рентабельности на развивающихся рынках и менее высокие на развитых, соответствующие мультипликаторы price-to-book имеют тенденцию к сближению, что, вероятно, говорит о понижении ожиданий инвесторов на развивающихся рынках.

С учетом того, что средняя стоимость акционерного капитала (CoE) оценивается на уровне 9% при снижении средней рентабельности до 9,6%, возникает вопрос о способности банковской системы создавать стоимость для акционеров в среднесрочной и долгосрочной перспективе. Снижение рентабельности является результатом воздействия целого ряда внешних факторов.

Во-первых, финансовым институтам придется работать на фоне продолжающегося ужесточения регуляторной среды, которое является реакцией на произошедшие потрясения в банковском секторе с 2008 года. Новые регуляторные инструменты, такие как третья часть Базельского соглашения (Basel III) и новый стандарт финансовой отчетности МСФО-9 могут создать дополнительное давление на рентабельность капитала банков и их способность к наращиванию балансов.

Во-вторых, сама бизнес-модель универсального банка подвергается вызову новых тенденций на рынке.

В «цифровом» веке предпочтения розничных потребителей финансовых услуг претерпевают серьезные изменения. Современный клиент розничного банка ожидает простых и немедленно доступных продуктов, совершенно нетерпим к неудовлетворительному уровню клиентского опыта, а удовлетворительный уровень воспринимает как нормальный и ожидаемый.

Естественным образом и обслуживание, и продажи банков смещаются в сторону цифровых каналов, что само по себе снижает операционные затраты, однако требует серьезных инвестиций в ИТ-инфраструктуру и развития компетенций в области управления изменениями. Доля банковских транзакций через мобильные средства связи и интернет выросла с 10% до более 50% за последние 15 лет. Данная тенденция несколько различается между развитыми и развивающимися рынками: на развитых рынках цифровые каналы замещают использование физических точек продаж и обслуживания, тогда как на развивающихся рынках количество посещений физических отделений банков также растет. Это связано с продолжением роста проникновения финансовых сервисов в развивающихся странах.

В области кредитования появляются альтернативы роли финансового посредника, которую традиционно выполняют банки. В случае с розничным кредитованием и кредитованием малого бизнеса развиваются платформы для peer-to-peer lending и crowdfunding, хотя способность таких механизмов заместить банковский кредит еще предстоит оценить. В случае с корпоративным кредитованием конкуренцию банкам составляют рынки капитала. Согласно исследованию агентства Standard & Poor’s, в 2014-2019 годах ожидается рост рынка долговых инструментов на 55%, тогда как рынок корпоративных банковских кредитов вырастет лишь на 39% за аналогичный период. Главным преимуществом выпуска долговых обязательств перед банковскими кредитами является доступ к более дешевому финансированию. Более интенсивное замещение банковского кредитования рынками долговых обязательств наблюдается на развитых рынках, и в первую очередь в США, где фондовые рынки давно зарекомендовали себя как общепринятый инструмент привлечения капитала. Так, в США за период с 2008 года доля средств, полученных за счет прямых долговых обязательств, выросла в полтора раза (с 36% до свыше 50%, согласно Financial Times).

Все более распространенным и привлекающим много внимание явлением становится финтех (FinTech) – выход на рынок традиционно банковских услуг небанковских стартапов, опирающихся на современные инфокоммуникационные технологии. Естественным образом большинство таких стартапов возникают в сфере розничного бизнеса – в особенности в области платежей и, в значительно меньшей степени, кредитования. Однако нетрадиционные конкуренты банков не ограничиваются только стартапами: на рынок финансовых услуг вторгаются крупные технологические компании, телекоммуникационные операторы, розничные торговые сети.  Влияние финтеха и нетрадиционных конкурентов на банковский рынок еще не проявилось в полной мере, поэтому не представляется возможным сделать окончательный вывод о том, приведет ли его расцвет к исчезновению традиционных банков в далеком будущем, равно как и о том, насколько устойчивой останется бизнес-модель самих финтех-компаний. Однако уже сегодня, исходя из имеющихся фактов, становится очевидным, что финтех если и не угрожает существованию банков как институтов, то оказывает давление на рентабельность и требует с их стороны серьезного стратегического ответа.

Технологии приобретают все большую значимость в финансовом секторе, причем не только как вызов, но и как исключительные возможности для традиционных игроков по совершенствованию банковских систем, автоматизации каналов обслуживания и рутинных процессов, аналитики больших данных для улучшения кредитных решений и повышения эффективности продаж, созданию экосистем в платежах и многого другого.

В стремлении не остаться в стороне от прорывных финансовых технологий многие банки вкладывают средства в развитие внутренних технологических компетенций и даже принимают на себя роль «инкубатора»  стартапов, которые, в случае успеха, могут предоставить банкам исключительные конкурентные преимущества.

Развитие отрасли в Казахстане

Рис. 1. Топ-10 банков по величине процентных доходов в 2015 г., млрд тенге

2

Вторая половина 2015-го и начало 2016 года стали настоящим испытанием для банковской системы Казахстана: переход к плавающему курсу и девальвация тенге, долларизация депозитов, сжатие межбанковского кредитования, дефицит ликвидности в тенге и экономический спад в целом – все это стало серьезным стрессом для БВУ. Можно предположить, что данные события имели не только немедленные последствия для банков, но и во многом сформируют тенденции развития банковской системы в обозримом будущем.

Большинство игроков отрасли показали рост доходов за 2015 год по сравнению с предыдущим годом, однако этот рост во многом обусловлен переоценкой валютных свопов Нацбанка РК, справедливая стоимость которых увеличилась за счет падения курса тенге к доллару США. В отсутствие данного эффекта рост доходов банковской системы оказался бы гораздо более скромным, а в ряде случаев и отрицательным.

В новых условиях важно отметить повышенную роль в фондировании банковского сектора квазигосударственных структур, в том числе «Самрук-Казына», ЕНПФ, «Байтерек», «КазАгро» и других, частично заместивших роль БВУ в период нестабильности, и на которые, как сообщает Forbes.kz, «приходится около трети всех обязательств сектора».

В условиях замедленного экономического роста, значительно возросшей стоимости фондирования и повышения рисков среди корпоративных заемщиков акцент в сегментных стратегиях БВУ смещается с корпоративных клиентов на МСБ и розничных клиентов, а с точки зрения продуктового предложения  – на рост некредитных продуктов и комиссионные доходы, которым не свойственен кредитный риск. Лидерами по росту комиссионных доходов являются ForteBank и «Ситибанк», показавшие увеличение чистого комиссионного дохода за период 2014-2015 годов на 36% и 34% соответственно.

Рис. 2. Топ-10 банков по величине комиссионных доходов в 2015 г., млрд тенге

3

Похожую направленность имеет и новая стратегия «Казкоммерцбанка», представленная общественности в мае 2016 года, согласно которой банк «…сместит акцент в сторону малого и среднего бизнеса и ритейла. Для этого банк будет развивать новые сервисы и услуги. В предыдущие 20 лет банк ориентировался на корпоративных клиентов.».

Данная стратегия предъявляет новые требования к качеству клиентского опыта, скорости принятия решений и эффективности работы физических и удаленных каналов БВУ.

Говоря о розничном рынке финансовых услуг Казахстана, важно отметить наличие сильно различающихся клиентских сегментов. С одной стороны, проникновение финансовых услуг среди жителей Казахстана, по некоторым данным, не превышает 60%, при этом основным розничным продуктом для многих клиентов является зарплатная карта, которая используется для снятия наличных. Это означает, что в Казахстане существует большой потенциал роста рынка базовых банковских услуг для населения. С другой стороны, существуют клиенты, активно использующие банковские услуги и ощущающие спрос на инновационные продукты, онлайн- и мобильные каналы обслуживания и продаж, развитые карточные экосистемы и т.д. Таким образом, учитывая огромный разброс клиентских архетипов, для банков существуют возможности как для экстенсивного, так и для интенсивного развития: повышение проникновения базовых финансовых услуг среди населения, конкурентная борьба за существующих взыскательных клиентов с высоким потенциалом доходности, а также продажи дополнительных продуктов менее активным клиентам с более простой структурой продуктового пользования.

Как и на мировой арене, игроки казахстанского рынка все больше внимания уделяют инновациям. Развитие финансовых технологий в Казахстане можно наблюдать по запускаемым продуктам цифрового и мобильного банкинга, например, таким как B1NK, Altyn-i от Altyn Bank. За прошлый год «Казкоммерцбанк» заключил ряд партнерских соглашений с технологическими компаниями (Uber и Booking.com) для расширения экосистемы своих сервисов и сохранения имиджа технологичного банка. Помимо этого, «Казком» объявил о намерениях поддерживать стартапы в области финансовых технологий, в связи с чем планируется открытие инновационной технологии «Казком-лаб» по примеру аналогичных западных и российских проектов.

С точки зрения регуляторных изменений в перспективе нескольких лет ожидается введение стандарта  «Базель III», а также стандарта отчетности МСФО-9, целью которого является создание большей прозрачности вокруг проблемных активов. В краткосрочной перспективе переход к новым стандартам может потребовать затрат и дополнительных компетенций для внедрения и сказаться на долгосрочной рентабельности капитала БВУ.

Что касается структуры отрасли, нельзя исключать тенденции к дальнейшей консолидации банков. Консолидация имеет ряд преимуществ с точки зрения бизнес-модели универсального банка, поскольку позволяет реализовать синергии масштаба затрат и доходов.

Как и перед мировым банковским сектором, перед казахстанскими БВУ встает необходимость переосмысления стратегии, с тем чтобы обеспечить создание стоимости для своих акционеров на фоне последствий финансового кризиса, ужесточающегося регулирования и стремительных перемен в конкурентном ландшафте.

Рис. 3. Топ-10 банков по величине чистого дохода по операциям с иностранной валютой в 2015 г., млрд тенге

4

Лидеры отрасли

Данные основаны на опубликованной финансовой отчетности БВУ.

Лидерами отрасли по объему выручки, как и в прошлом году, являются АО «Казкоммерцбанк», АО «Народный банк Казахстана» и АО «Kaspi bank». Следует отметить, что большинство игроков отрасли показывают рост доходов, однако менее крупные банки показывают более высокие темпы роста (свыше 30%), чем первая шестерка банковского рынка (от -2% до 20%). Исключением является абсолютный лидер отрасли «Казкоммерцбанк», продемонстрировавший рост доходов в 40,5%, что может объясняться интеграцией с БТА.

Рост доходов «Казкома» связан с ростом процентной выручки (21%) и комиссионных доходов (15%). Помимо этого, чистая прибыль от переоцененной стоимости по финансовым активам и обязательствам банка в 2015 году составила 57 млрд тенге (по сравнению с -30 млрд тенге в 2014-м).

«Народный банк Казахстана» показал рост прибыли в 19,7%, большая часть которого приходится на прибыль по финансовым активам и обязательствам, оцениваемым по справедливой стоимости: 192 млрд тенге в 2015-м по сравнению с 8 млрд тенге в 2014 году. Большую часть этого роста составила нереализованная прибыль по операциям с производными инструментами, которая возникла в основном по свопам с Национальным банком РК, справедливая стоимость которых значительно увеличилась в связи с обесценением тенге по отношению к доллару. Помимо этого, «Народный банк» увеличил процентные доходы на 21% по сравнению с 2014 годом, но потерял в комиссионных доходах 9%.

Kaspi bank показал общий рост доходов на 7,9%, что также обусловлено во многом свопами с НБ РК. Рост процентных доходов Kaspi bank составил всего 3%, тогда как комиссионный доход увеличился на 19% по сравнению с 2014 годом. NB

Методология исследования
ПОДЕЛИТЬСЯ

Комментарии доступны только участникам клуба NB