Как заработать на IT?

– В 2012 году, в преддверии запуска 5-year growth plan, мы проводили для SAP опрос среди 34 крупнейших компаний из списка NB5001 на уровне топ минус один. Главным фактором, оказывающим влияние на рынок business-solutions, стала тогда потребность в качестве управления бизнесом со стороны менеджмента. При этом моды на автоматизацию, которая наблюдалась до кризиса 2008 года, уже не было. На втором месте в то время выступала работа с внешними стейк-холдерами, рыночная стратегия и привлечение стратегических инвесторов. Изменилась ли картина сегодня?

– Совершенно очевидно, что изменилась. Прежде всего потому, что та волатильность, которая наблюдается на сырьевых рынках в последние два-три года и отток капиталов с развивающихся рынков абсолютно другим образом формируют приоритеты компаний, руководства и собственников. Я бы сказал, сейчас эти приоритеты стали более прагматичными и четкими, смещенными в конкретные прикладные области деятельности. Фактически, в настоящее время решения SAP рассматриваются клиентами в первую очередь как возможность сделать бизнес более эффективным.

Когда я говорю «эффективным», речь идет не об абстрактном понятии. Эта эффективность выражена в конкретных цифрах: в снижении затрат, в повышении производительности труда, в поисках новых возможностей, новых сегментов и ниш рынка, новых бизнес-моделей, для того чтобы компании могли улучшить свои показатели на рынке, увеличить выручку и прибыль. Такой подход к использованию решений SAP – вполне очевидный тренд. Он характерен для всех секторов без исключения в казахстанской экономике, начиная от государственного, как бы это ни звучало, на первый взгляд, нетрадиционно, и заканчивая средним и малым бизнесом.

Если мы говорим о госсекторе, наблюдается совершенно понятная, для нас, по крайней мере, стратегическая задача, которая направлена на построение госуправления как эффективной корпорации. Если говорить про нацкомпании, которые вносят существенный вклад в экономику страны, тут главный фокус – на непрерывную трансформацию бизнес-процессов. Компании сегмента среднего и малого бизнеса, в силу большей гибкости, ищут новые ниши и возможности для развития. На мой взгляд, сегодня нельзя стоять на месте или искать пути более комфортного ведения бизнеса, игнорируя глобальные IT-тренды. Бизнес это понимает, поэтому мы ощущаем повышенный спрос на наши решения.

– В том же опросе на поверхности были объективные и субъективные причины потери некоторых клиентов. Из субъективных хотелось бы выделить такой: стереотип недостаточности финансовых выгод от достигаемых эффектов и по скорости, и по размеру. Как SAP решал эту задачу в последние пять лет? Жив ли такой стереотип сейчас?

– SAP в Казахстане имеет определенную стратегию, понятную подразделениям, вовлеченным в работу во всех регионах страны, и каждому сотруднику. Речь ни в коем случае не идет только об автоматизации или повышении прозрачности бизнес-процессов. Каждое внедрение или использование SAP-решений нашими клиентами – глобальный инвестиционный проект. Что это означает? Мы всегда предлагаем решения, которые будут иметь возврат инвестиций. У нас достаточно много клиентов по всему миру в 25 отраслях, которые добились определенных результатов, выраженных в конкретных цифрах. Цифрах, которые, в конечном счете, положительно влияют на прибыль компании. И клиенты довольны этими результатами. У нас накопился большой пул историй успеха предприятий в разных отраслях, на базе которых можно видеть статистику по определенным выгодам от внедрения решений SAP. Таким образом, мы не просто предлагаем клиенту то или иное решение, мы смотрим на текущее состояние бизнеса, оцениваем его эффективность и, сравнивая с другими нашими глобальным клиентами, которые работают в этой же отрасли, но более эффективны, вместе просчитываем потенциальную выгоду от использования наших решений. Благодаря имеющейся методологии, мы можем просчитать не только конечные цифры, но и показать, как будут меняться показатели эффективности в процессе.

Если вернуться к вопросу о стереотипе, о недостаточности финансовой выгоды от внедрений, я не буду подтверждать или опровергать его. Как представитель бизнеса, предпочитаю оперировать цифрами и фактами. В Казахстане есть ряд интересных проектов, подтвержденных конкретными результатами. И мы гордимся ими. Например, Kaspi Bank на решении SAP Hybris реализовал фактически новую для себя бизнес-модель, расширив таким образом канал продажи кредитных продуктов. За счет того, что они предоставили электронную площадку для ритейлеров различных видов товаров, и там же, на площадке, кредитуют онлайн-покупателей, 10% своих кредитных продуктов они реализуют через эту площадку. Также хочу упомянуть программу трансформации в фонде «Самрук-Казына», которую мы активно поддерживаем, она тоже имеет свои конкретные цели, есть оценка экономического эффекта от этой программы, который фонд ожидает получить в ближайшие пять лет. Это тоже пример инвестиционного проекта.

– SAP существенно вырос в Казахстане за последние годы и на виду продолжение положительной динамики. Растет ли SAP вместе с рынком или это происходит за счет расширения рыночной доли?

– Однозначно за счет расширения рыночной доли. Если вы посмотрите на любую статистику, которая сейчас есть в Казахстане по развитию IT-рынка, то увидите, что в целом, как и рынок бизнес-приложений, IT-рынок уже на протяжении трех лет сжимается. В свою очередь, за последний год мы увеличили свой бизнес почти в три раза только в части поставки программного обеспечения. Это объясняется исключительно востребованностью решений с точки зрения тех целей, которые ставят перед собой наши клиенты.

– Давайте поговорим о рыночных долях, если это открытая информация.

– К сожалению, такой информации нет ни у кого. Это определяется корпоративной и рыночной культурой, зачастую компании не раскрывают полностью данные о затратах на IT. Но есть приблизительные оценки, которым можно верить или нет. Те же отчеты IDC, по данным которых рынок программного обеспечения в доле IT в Казахстане относительно невелик по сравнению с развитыми рынками – 3-4% за 2013-2014 годы против 50-60% .

– Но Вы видите динамику на улучшение?

– В своем сегменте – однозначно. Мы аккумулируем лучшую экспертизу с различных рынков в части трансформации бизнеса, а также построения новых бизнес-моделей, в том числе с использованием цифровых технологий, и этот опыт востребован у наших клиентов в Казахстане.

– Где будет SAP через пять лет? На чем основана базовая стратегия и как часто в нее вносятся корректировки, с учетом, что технологически мир меняется каждый день?

– Я верю в то, что через пять лет SAP будет на острие развития технологий. Основываясь на своем опыте работы в компании, а я с SAP связан уже более 15 лет, могу сказать, чем было программное обеспечение SAP 10 лет назад, и сравнить с тем, что есть сейчас. Если 15 лет назад SAP была компанией ERP-решений, то сейчас предлагает решения и услуги совершенно другого уровня. SAP активно развивает отраслевую экспертизу. Когда ваши клиенты – многие правительства, уделяющие активное внимание развитию цифровой стратегии, а также компании – лидеры в своих отраслях, нет другого выхода, кроме как аккумулируя опыт в экспертизе, в программных решениях, предоставлять новейшие и актуальные бизнес-модели. Это справедливо не только для одной отрасли, но и в целом, так как модель нашего бизнеса работает и в других отраслях.

Если говорить про технологии, то опять же, за 15 лет динамика кардинально поменялась. Свою стратегию мы корректируем постоянно, исходя из потребностей наших клиентов и глобальных технологических трендов. К примеру, большинство востребованных решений мы перевели на новую технологическую платформу SAP S/4HANA. То есть корневое SAP ERP-решение, которое способно поддерживать все основные процессы в ключевых индустриях, теперь не имеет вообще ничего общего с тем ERP-решением, которое было 10 лет назад. По большому счету, сейчас оно может поддержать любые бизнес- либо производственные модели, прежде всего с использованием концепции «интернет вещей». Таким образом, теперь мы можем анализировать огромные объемы как структурированных, так и не структурированных данных. И если раньше существовали какие-либо ограничения, связанные с невозможностью управлять огромным приростом данных из-за непонимания моделей их использования с точки зрения создания добавленной стоимости и предела вычислительной мощности, то теперь они сняты. Сейчас наша стратегия – цифровизация бизнеса. Поэтому, учитывая опыт последних четырех лет, я верю, что через пять лет SAP будет во главе развития тех технологий, которые станут актуальны в мире. Предсказать, какими они будут, сложно – тенденции на рынке меняются очень быстро.

Если вернуться к Казахстану, то у нас есть своя стратегия на рынке, где мы присутствуем с 1998 года. Достаточно большой путь пройден, и мы неразрывно связаны со страной, у нас здесь много задач и обязательств перед клиентами, к числу которых относятся компании ведущих отраслей экономики, в госсекторе, частном бизнесе. Отдельно хотелось бы отметить, что наши стремления в ближайшие три года в Казахстане – выстраивание стратегических партнерских отношений с клиентами. Поясню, что это означает. До 2008 года у компаний было желание автоматизировать бизнес-процессы. По сути, это транзакционный бизнес, когда кто-то хочет автоматизировать какую-то отдельную область деятельности. Такой подход можно было охарактеризовать как автоматизацию ради автоматизации. Клиент не понимал, какова его стратегия на ближайшие пять лет, где он хочет быть спустя это время, как будет выглядеть его бизнес, какое занимать место на рынке. Сейчас все поменялось, и мы предлагаем своим клиентам подход стратегического партнерства, когда выстраиваются долгосрочные отношения и поддерживается в целом стратегия развития на ближайшие несколько лет.

В чем преимущество для клиента? Во-первых, он понимает, каким образом IT будут поддерживать его развитие. Он видит сроки, затраты и выгоды, получаемые на определенных этапах. Во-вторых, в рамках таких стратегических отношений клиенту предоставляются более гибкие условия как по поставке программного обеспечения, так и по его внедрению, сопровождению и обновлению.

– В 90-80-е годы нужно было видеть, что будет через 20 лет, и тогда стратегия считалась удачной. Сейчас, общаясь с СЕО многих крупных казахстанских компаний, мы слышим о стратегиях максимум трех- или пятилетней перспективы. Сталкиваетесь ли Вы с тем же?

– Да, это так. Если говорить о конкретных примерах, я абсолютно уверен, что банки уже через пять лет будут другими. Что будет через 10 лет – совершенно непонятно. Рынок слишком динамично меняется. Эти изменения, кстати, в Казахстане очень заметны. Казалось бы, последний экономический кризис в целом негативно повлиял на банковскую отрасль в Казахстане. Она, по идее, должна была снизить обороты, просесть, развитие бизнеса застопориться, но на деле мы видим обратный эффект. Банки активно ищут новые возможности для заработков, обострилась конкурентная борьба за клиента. Отсюда, собственно говоря, некоторое количество стартапов цифровых банков и банков с элементами цифровой стратегии, которые мы сейчас видим в стране. Такое следствие – очень интересный факт. Говоря о стратегии на 10 лет, кто бы три года назад подумал, что в Казахстане появится банк, которому отделения, в общем-то, и не нужны, он будет удовлетворять потребности своих клиентов онлайн.

Также важный элемент нашей деятельности в Казахстане – инвестиции в развитие IT-рынка. Чем больше наш бизнес, чем он успешнее, тем больше возможностей для инвестиций, и это соответствует стратегии, о которой я говорил ранее. Мы понимаем, что чем динамичнее будет развиваться экономика Казахстана, тем более востребованы будут наши решения и наша экспертиза. И чем больше и качественнее IT-индустрия, тем больше возможностей для диверсификации доходов экономики от несырьевых отраслей, от несырьевого вида бизнеса. В целом, это взаимовыгодные инвестиции как для нашей компании, так и для экономики. Также мы понимаем, что подобные инвестиции помогают развитию государства, потому что цифровые технологии способны увеличить степень ориентированности на население, на бизнес как на потребителей услуг государства.

Опять же, идея лежит на поверхности. Возьмите любой бизнес, он должен быть ориентирован на клиента. Если этот подход приложить к госсектору, мы можем выстроить госуправление, к которому лояльны потребители, лояльны граждане, лоялен бизнес за счет технологий, делающих процессы управления прозрачными, эффективными, и, самое главное, удобными и комфортными для всех.

– Насколько мне известно, пять-десять лет назад у SAP не было (или на виду не было) решений для малого бизнеса. Сейчас – множество продуктов, которые способны конкурировать с 1С, бесплатной «Асаной» и прочими подобными вещами. Для маленьких компаний это тоже инвестиции или только автоматизация?

– Как я уже сказал, мы не делаем разделения между малой компанией и, скажем, «КазМунайГазом» с точки зрения подхода к проектам внедрения. И для тех, и для других мы видим это как инвестиционный проект. Вопрос только в модели предоставления решений. Для того же малого бизнеса у нас тоже есть стратегическое предложение. Для компаний, не обладающих достаточными ресурсами, не имеющих возможности содержать собственный IT-ландшафт, владеть программным обеспечением, или hardware, или содержать целый IT-отдел, у нас есть облачные решения. И они, на наш взгляд, выгоднее для малых компаний, потому что, если смотреть на цикличность развития технологий, которая постоянно ускоряется, нет смысла покупать решение, делать в него инвестиции, если через пять лет оно будет неактуальным. В этом случае мы предлагаем модель, когда малый бизнес все необходимые программные решения может получать как облачный сервис. В том числе и сервисы, которые не относятся к деятельности напрямую. Это концепция некой среды для бизнеса, где он может не иметь поддерживающих активов, а вести свою деятельность в «облаках» и даже получать услуги, например, по обучению персонала или курсы по бухгалтерскому и налоговому учету, при этом сосредотачиваясь непосредственно на своей деятельности.

1 Рэнкинг крупнейших компаний Казахстана.

Комментарии доступны только участникам клуба NB