Что ждет Китай в 2016 году

Гордон Орр, почетный старший партнер McKinsey & Company

В дискуссиях о том, на сколько процентных пунктов повысились или снизились темпы роста, мы зачастую упускаем из виду масштабы китайской экономики в абсолютном выражении. Какую бы динамику ни продемонстрировала страна в этом году, ее доля в мировой экономике и во многих отдельно взятых отраслях окажется больше, чем когда-либо. Каким будет Китай в 2016-м? Если ответить в нескольких словах — это непрерывно диверсифицирующаяся волатильная экономика совокупным объемом $11 трлн, которая развивается таким образом, что утверждение об ее однобокости становится все более спорным.

Дело в том, что в настоящее время китайская экономика фактически состоит из ряда относительно независимых секторов, объем каждого из которых превышает триллион долларов. Некоторые из них стремительно растут, тогда как другие демонстрируют спад. Некоторые конкурентоспособны на международной арене, а другим самое место на свалке. Сегодня индивидуальное восприятие китайской экономики как никогда раньше зависит от того, в какой именно сфере работает ваша компания. В 2015 году сотрудничество с кинотеатрами приносило очень хорошую прибыль, чего нельзя сказать о сотрудничестве со сталелитейными заводами. А с кем имеете дело в Китае вы – с тигром или с черепахой?

Тринадцатый пятилетний план: без особых сюрпризов

Тринадцатый пятилетний план развития Китая во многом уже известен, поскольку его заблаговременно обнародовали на пятом пленуме ЦК Компартии Китая и не только. Пожалуй, единственная сложность состоит в том, чтобы четко и безошибочно истолковать предусмотренные планом цели, пробравшись через хитросплетения нового «партийного языка», который постепенно начинает преобладать в заявлениях государственных деятелей.

Рост ВВП по-прежнему намечен на уровне чуть более 6%. Усилия по достижению этого показателя до некоторой степени будут нивелированы (но отнюдь не сведены к нулю!) в связи с необходимостью параллельно решать поставленные задачи по повышению уровня жизни граждан. Речь идет об охране окружающей среды, медицинском обслуживании, увеличении доходов и т. п. Достижение целевых показателей роста по-прежнему будет являться основной целью налогово-бюджетной и кредитно-денежной политики, поэтому в 2016 году вероятно снижение процентных ставок и возрастание давления на курс юаня к доллару США. Финансовые реформы, направленные на то, чтобы расширить механизмы рыночного распределения капитала в экономике, продолжатся.

Между тем, будут происходить дальнейшие сдвиги в таких аспектах, как дерегулирование процентных ставок, оптимизация процедуры первичного размещения акций, допуск новых участников (особенно из числа представителей технологического сектора и иностранных игроков) в сектор финансовых услуг, а также возобновление применения законов, действие которых было приостановлено летом 2015 года. План предусматривает принятие мер по децентрализации власти, однако в действительности, скорее всего, централизация лишь усилится. Будут построены новые объекты инфраструктуры – например, вокруг Пекина, прежде всего для стимулирования внутрирегионального развития.

ИНДИВИДУАЛЬНОЕ ВОСПРИЯТИЕ КИТАЙСКОЙ ЭКОНОМИКИ КАК НИКОГДА РАНЬШЕ ЗАВИСИТ ОТ ТОГО, В КАКОЙ ИМЕННО СФЕРЕ РАБОТАЕТ ВАША КОМПАНИЯ. С КЕМ ИМЕЕТЕ ДЕЛО ВЫ  — С ТИГРОМ ИЛИ С ЧЕРЕПАХОЙ?

Во главе угла окажутся программы по охране окружающей среды, не в последнюю очередь – вследствие обязательств, которые страна приняла в декабре 2015 года во время экологического саммита в Париже, а также из-за событий в Пекине, когда в том же месяце власти объявили в городе наивысший – «красный» – уровень экологической опасности из-за смога.

Центральное правительство возьмет на себя настолько масштабные и значимые обязательства перед гражданами, что местным властям придется приложить немалые усилия для их выполнения. Будут введены более жесткие нормативы выбросов вредных веществ, увеличатся расходы на поддержку проектов по использованию неископаемых видов топлива. Появятся возможности для экологического финансирования. Как частные, так и государственные компании будут формировать новый образ своих текущих проектов, позиционируя их как безопасные для окружающей среды. Благодаря укреплению позиций в качестве мирового лидера по производству экологически чистой продукции, Китай, безусловно, освоит новые направления экспорта. Например, с уверенностью можно ожидать, что в 2016 году в Дели и других регионах Индии появится множество систем фильтрации воздуха, изготовленных в Китае. Помимо экологических проектов, одним из ключевых аспектов останется расширение присутствия на международных рынках в соответствии с программой «Один пояс, один путь».

Рабочих мест становится меньше, а потребительская уверенность падает

Ситуация в сфере занятости в Китае уже сейчас кардинально меняется, что повлечет за собой негативные последствия для многих людей. Например, для работников тех отраслей промышленности, в которых наблюдается затяжной спад (таких как сталелитейная или текстильная), а также отраслей, в которых технологии стремительно вытесняют людей даже на фоне роста оборота (сектор финансовых услуг или розничная торговля). Государство должно помочь этим людям пройти профессиональную переподготовку, если намерено выполнить свое обещание о том, что экономический рост окажется благоприятным для всех слоев общества, и сохранить высокий уровень экономической активности населения. В сложившейся ситуации со стороны чиновников будет уже недостаточно посещать крупнейших местных работодателей, как это было во времена мирового финансового кризиса, и заставлять их отказываться от сокращения штатов.

Как показывает официальная статистика, склонная в отношении сферы занятости к чрезмерному оптимизму, за последний год в секторе строительства количество рабочих мест уменьшилось на 15 млн. В горнодобывающей промышленности, которая является гораздо менее крупным работодателем, этот показатель на несколько миллионов больше. Работники данных отраслей практически не владеют навыками, востребованными в современной экономике с преобладанием сферы услуг, при этом многие из них находятся в наиболее продуктивном трудоспособном возрасте.

Необходимость повышать производительность труда и негативная динамика в сфере занятости в целом обусловят в 2016 году замедление роста доходов населения и, возможно, снижение потребительской уверенности. Сегодня потребительские расходы составляют более 50% в структуре ВВП. Если государство не сумеет тщательно проработать подход к потребителям с низким уровнем уверенности, то потребительское поведение, наблюдавшееся прошлым летом на фондовом рынке, растревожит всю национальную экономику.

Производственный сектор в Китае не исчезает, а изменяется

Индекс деловой активности в производственном секторе (PMI), за которым пристально наблюдают, по-прежнему составляет менее 50 пунктов, что свидетельствует о негативной динамике. В связи с этим возникают разговоры, что времена, когда Китай был мировой фабрикой, возможно, подходят к концу. Нужно четко понимать: речь не идет о том, что промышленное производство в Китае перестанет играть важную роль. Однако с точки зрения эффективности в секторе происходит поляризация: если одни компании демонстрируют поистине ужасные показатели, то другие становится по-настоящему сильными конкурентами.

ВОЗМОЖНО, ДЕЛО ИДЕТ К ТОМУ, ЧТО ИНДЕКС PMI ДЛЯ ЗНАЧИТЕЛЬНОЙ ЧАСТИ КОМПАНИЙ БОЛЬШЕ НИКОГДА НЕ БУДЕТ ДОСТИГАТЬ 50 ПУНКТОВ.

Возможно, дело идет к тому, что индекс PMI для значительной части компаний (по сути, целых секторов экономики) больше никогда не будет достигать 50 пунктов. Но это не означает, что количество китайских производителей, способных составить серьезную конкуренцию на международном уровне, перестанет расти все более быстрыми темпами.

В 2016 году мы увидим, что во многих частях экономики производственный сектор Китая, несмотря на сокращение, стал более конкурентоспособным на международном рынке, чем когда-либо прежде. Первое, что будет на это указывать, – рост количества поглощений иностранных компаний со стороны китайских производителей. Вторым индикатором станет то, что все больше международных компаний будут объяснять снижение своих темпов роста не только замедлением экономики Китая, но и действиями местных конкурентов, которые стремятся в верхние эшелоны рынка, чтобы увеличить свою долю в Китае и за его пределами.

В некоторых производственных отраслях Китая действительно отмечается огромный избыток мощностей и работает множество производителей, выпускающих продукцию не слишком высокого качества. Однако во многих отраслях китайской экономики работают и успешные инновационные компании, некоторые из них были отмечены в недавно опубликованном отчете Глобального института McKinsey The China Effect on Global Innovation («Китайский эффект» в мировых инновациях»). Активно внедряя концепции, которые мы, вероятно, назвали бы «западными» (бережливые и модульные методы проектирования, масштабируемые модели обучения, гибкое производство и «умные» методы автоматизации), многим компаниям удается энергично развивать инновации с низкими затратами.

Международные компании, работающие в Китае, готовы принять этот двойной вызов, связанный с замедлением роста китайской экономики и усилением конкуренции со стороны местных игроков. Некоторые компании без лишнего шума уходят с рынка; мне встречались частные инвесторы, которые с большим энтузиазмом ведут переговоры о покупке активов таких фирм. Многие другие пересматривают свои целевые установки: если раньше они «инвестировали в будущее», то теперь думают о том, «как заработать прямо сейчас», и соответствующим образом снижают затраты. Некоторые компании намерены активно завоевывать преимущество над соперниками. В 2016 году все больше международных компаний будут пытаться приобрести китайских конкурентов – как говорится, не можешь победить – перекупи.

Импорт сельскохозяйственной продукции непрерывно растет

В 2016 году потребность Китая в продовольствии приведет к увеличению импорта сельскохозяйственной продукции в страну до рекордных значений – как с точки зрения объемов, так и с точки зрения стоимости. Количество стран – поставщиков сельхозпродукции, которые найдут на китайском рынке возможности для экспорта, также будет рекордным.

Одна из таких стран – Россия. За первые девять месяцев 2015 года импорт зерна и семян масличных культур из России в Китай достиг 500 тыс. тонн, тогда как за весь 2014-й объем импорта составил всего 100 тыс. тонн. После паузы, возникшей в 2015 году, американские фермеры, вероятно, продолжат наращивать экспорт в Китай. И это касается не только соевых бобов (которые с точки зрения стоимости традиционно составляют более 40% сельскохозяйственного экспорта из США в Поднебесную), но и зерновых, промежуточных продуктов и особенно фирменных бакалейных товаров. Последние можно продавать непосредственно потребителям, относящимся к среднему классу, через растущую сеть онлайн-магазинов продовольственных товаров. Безопасность таких товаров по-прежнему будет конкурентным преимуществом производителей фирменных продуктов питания из США и других стран.

Усиление централизации

Китайские СМИ, особенно во время все более частых заграничных поездок Си Цзиньпина, ясно дали понять, что процессы принятия решений в области экономики за последние два года были централизованы. В 2016 году Китай ждет еще более существенная централизация, призванная компенсировать последствия децентрализации, которая обернулась не тем, чего от нее ожидали. Например, после того как власти на местах были наделены полномочиями утверждать новые планы в области энергетики, за первые девять месяцев 2015 года было запущено свыше 150 новых проектов по строительству угольных электростанций. Это более чем в три раза превышает запланированное в 2013 году, когда решения еще принимали центральные власти. Неудивительно, что больше всего проектов по строительству электростанций было утверждено в угледобывающих районах, хотя при реалистичном прогнозировании спроса они никогда бы не понадобились, не говоря уже о том, следует ли вообще строить новые угольные электростанции. Большинство этих проектов реализуют государственные предприятия, и в случае неудачи они рассчитывают на помощь. Таким образом, подобные решения снова будут приниматься на уровне центральных властей, и тому есть немало причин.

Если показатель потребительской уверенности в 2016 году начнет снижаться, то проект централизации будет ждать масштабная проверка на предмет эффективности.

Второй пример связан с пенсиями. В большинстве регионов страны пенсионные фонды пока еще в основном подконтрольны органам власти провинций, а недостающие поступления покрываются из центра. В результате у местных чиновников нет практически никаких стимулов к улучшению показателей инвестиционной деятельности, и 90% активов находится на банковских депозитах. В рамках предстоящей централизации планируется упразднить ненадлежащие стимулы и сделать общий подход к инвестициям более профессиональным. Власти провинций Гуандун и Шаньдун уже передали часть своих активов Всекитайскому правлению фонда социального страхования. В 2016 году их примеру последуют и в других регионах.

Третий пример – консолидация государственных предприятий с целью сократить количество компаний, но сделать их более крупными и, возможно, обеспечить доминирующее положение в соответствующих отраслях.

Если показатель потребительской уверенности в 2016 году начнет снижаться, то проект централизации будет ждать масштабная проверка на предмет эффективности. Сумеют ли центральные власти достаточно быстро применить надлежащие рычаги, чтобы добиться хороших результатов в масштабе всей страны? Вряд ли существует универсальный набор рычагов, который позволял бы решать разные задачи в масштабе всей экономики. Более ответственной проверки компетентности в области экономики нельзя и представить.

Переселение больших масс людей

Несмотря на колоссальные капиталовложения, во многих городах Китая не удается построить достаточное количество качественных объектов инфраструктуры, чтобы решить проблему огромных транспортных заторов, образующихся каждый день. В рамках плана на новую пятилетку в стране предусматривается расширение масштабов строительства инфраструктуры, однако решить указанные проблемы это не позволит; рост происходит такими темпами, что потенциальные решения за ним просто не поспевают. Например, по официальным данным, население Пекина лишь за последние 14 лет выросло на 60% до 21 млн человек, а по неофициальной информации этот показатель значительно выше.

Следуя примеру администрации Пекина, власти богатых городов будут стремиться перемещать большое количество рабочих мест и людей из центра на окраины. В Пекине такая политика распространяется не на приезжих рабочих, а на жителей города из числа представителей среднего класса, и, в зависимости от конкретного плана, в рамках перемещения многих государственных учреждений за пределы центра города эти меры охватывают от 400 тыс. до 2 млн человек. Попытки создать города-спутники успехом пока что не увенчались: рабочие места людей, которые туда переселяются, остаются в крупных городах, поэтому города-спутники превратились в спальные районы, откуда люди ездят на работу, лишь усугубляя ежедневную загруженность транспортной системы. У Пекина есть преимущество в виде финансовых средств, земли и миллионов сотрудников государственных учреждений и предприятий, которых можно переместить за пределы центра города, но другие города будут изучать столичный опыт и перенимать его, если смогут изыскать достаточные земельные площади.

Не стоит обращать слишком много внимания на временную шумиху вокруг показателей роста китайского ВВП. Лучше постараться определить направление развития тех частей экономики, которые важны для вашего бизнеса, в среднесрочной перспективе.

Комментарии доступны только участникам клуба NB